О воспитании волевых качеств советского офицера - ГЛАВА III

E-mail Печать
Индекс материала
О воспитании волевых качеств советского офицера
ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА I
ГЛАВА II
ГЛАВА III. Меры дисциплинарного воздействия как средство формирования воли
ГЛАВА IV. Строевая и физическая подготовка – средства воспитания воли
ГЛАВА V. Огневая, специально-техническая и учебно-методическая подготовка – средства воспитания воли
ГЛАВА VI. Тактическая подготовка офицера и воспитание волевых качеств
ГЛАВА VII. Методы руководства офицером
ГЛАВА VIII. Воспитательное значение взаимоотношений
ГЛАВА IX. Предотвращение страха и его преодоление
ГЛАВА X. О самовоспитании
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Все страницы

 

ГЛАВА III

МЕРЫ ДИСЦИПЛИНАРНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ КАК СРЕДСТВО ФОРМИРОВАНИЯ ВОЛИ

 

1. Целенаправленность в применении мер дисциплинарного воздействия

Одним из решающих волевых качеств, необходимых офицеру, является дисциплинированность.

Дисциплинированность проявляется абсолютно во всем поведении советского воина. Когда дисциплинированность стала второй натурой офицера, то это гарантирует, что он приложит всю силу воли, все способности для выполнения приказа командира, проявит необходимую смелость, стойкость и самоотверженность.

Современная военная техника предъявляет особо высокие требования в отношении четкости, быстроты и точности выполнения приказов и распоряжений, что накладывает известный отпечаток и на дисциплину. Но, несмотря на исключительное значение техники и громадное насыщение ею войск, быстрота и точность вовсе не означают механического исполнения, наоборот, она предъявляет еще большие требования к работе сознания.

Поэтому в Советской Армии дисциплина зиждется на сознательном отношении к выполнению воинского долга. Сознание личной ответственности за дело защиты Родины мобилизует волю для достижения наивысших результатов своей деятельности как в мирное, так и в военное время.Дисциплинирует офицера, как и солдата, закаляя его волю, весь порядок жизни и деятельности воинских коллективов, строго обусловленная система отношений между начальниками и подчиненными, планы боевой и политической подготовки, требования уставов и, наконец, высокая требовательность начальника, который его воспитывает. Эта требовательность, осуществляемая в повседневном руководстве, выражается также и в мерах дисциплинарного воздействия.

Меры дисциплинарного воздействия являются средством, направляющим поведение военнослужащего. Применяя те или другие меры дисциплинарного воздействия, начальник показывает офицеру, как следует вести себя и как не следует поступать.

На взыскание или поощрение надо смотреть не только как на средства, ограждающие дисциплину от нарушений, — это лишь ближайший, непосредственный результат их воздействия. В их системе, как и в методах применения, следует усматривать средство воспитания и закалки воли, способствующее тому, чтобы «развивать и поддерживать у них (т. е. у подчиненных. — И. Б.) сознание воинской чести и воинского долга».

Дисциплинированность — показатель ревностного отношения к своей воинской чести, к своей жизненной установке, к воинской профессии. Мера дисциплинарного воздействия является для офицера оценкой его деятельности, говорит ему, насколько он оправдывает свое жизненное назначение. Конечно, каждая такая отдельная оценка не является окончательной, но в совокупности, если начальник умело использует меры дисциплинарного воздействия, они развивают в офицере сознание своего долга и достоинства. А это и является основной целью воспитания офицера. Если же начальник упустил это из виду, то как бы справедливы и уместны ни были его меры дисциплинарного воздействия, они утратят целенаправленность, не дадут должных результатов.

Примером положительного, вдумчивого отношения к вопросу о воспитании дисциплинированного офицера может служить факт, описанный в статье «Воспитание молодых офицеров» .

«После окончания инженерного училища в одну из наших частей прибыл лейтенант Близнюк. На первых порах его постиг ряд неудач. На полевом выходе он не выполнил в срок поставленную перед ним задачу. В другой раз он взял на занятия не те материалы. Были у Близнюка и другие упущения, за которые с него, естественно, взыскивалось. Но при этом нельзя не заметить, что промахи происходят не по халатности, а из-за недостатка опыта. Командир увидел это й подсказал товарищам — более опытным офицерам, в какой помощи нуждается лейтенант. Они по-дружески советовали ему, в каком случае как надо поступить, предостерегали от возможных ошибок.

Прошел год. Лейтенант Близнюк значительно вырос, стал одним из лучших офицеров. За летнюю учебу его подчиненные по основным предметам получили хорошие и отличные оценки».

Здесь видно сочетание требовательности командира с чуткостью воспитателя, каким по-настоящему и должен быть каждый начальник. Командир не оставлял без взыскания те упущения, которые он замечал у лейтенанта. Но он не ограничился взысканиями, а доискивался причин упущений, с тем чтобы помочь молодому офицеру преодолеть свои недостатки. Несомненно, в процессе преодоления недостатков закалялась воля офицера, он стал более организованным, настойчивым, целеустремленным, то есть приобрел такие качества, без которых немыслим настоящий командир.

Можно себе представить в подобных условиях подход иного рода. Факт неисполнения задания налицо — и лейтенант получает взыскание. Если такой случай повторился — строгость взыскания увеличивается. Если же офицер отличился, начальник также равнодушно наградит его. В таком случае офицер предоставляется самому себе, и может пройти немало времени, прежде чем он сознательно (а ее только из опасения получить взыскание) преодолеет свои недостатки, пока же дело будет страдать. Здесь все сделано согласно букве устава, но нет его духа, системы, целе- устремленности, а без этого немыслим успех в любой работе, в том числе и в деле воспитания. Такое воспитание в лучшем случае приводит к тому, что Макаренко называл дисциплиной порядка. Результат же, которого добился командир своей воспитательной работой в отношении лейтенанта Близнюка, сводится к тому, что Макаренко называл «дисциплиной борьбы и преодоления».

Меры дисциплинарного воздействия являются для офицера своего рода командой двигаться вперед, требуют от него дополнительных усилий, дополнительного напряжения воли, мобилизации своего опыта, учебы, настойчивости и упорства.

Вдумчивый начальник-воспитатель, решая вопрос, какую меру дисциплинарного взыскания применить к данному офицеру, взвешивает, как она отразится на воспитании офицера, на его воле к совершенствованию, к росту. Это и должно быть первейшей заботой начальника. Поэтому весьма важно учитывать индивидуальные особенности каждого офицера. Бывает, что для одного офицера достаточна одна мера воздействия, в то время как для другого она может оказаться недостаточной. У одного офицера какое-либо упущение является результатом разболтанности, у другого — результатом неопытности. Было бы неверно совершенно одинаково расценивать эти проступки и одинаково реагировать иа них.

Начальник воспитывает не одного какого-либо офицера, а целый коллектив. Правильно или неправильно примененная мера взыскания или поощрения к кому-либо из офицеров находит соответствующий отклик во всем коллективе и оказывает определенное воспитательное влияние на остальных офицеров. Следовательно, положительный или отрицательный результат использования дисциплинарной власти начальником должен быть помножен на весь коллектив.

Использование мер дисциплинарного воздействия представляет собой для начальника довольно сложную задачу, непосредственно относящуюся к воспитанию воли как каждого офицера в отдельности, так и всего коллектива его подчиненных в целом. Самое важное, что требуется для решения этой задачи,—это принципиальность, справедливость. Это значит, что начальник воспитывает офицера прежде всего тем, что он лично являет собой образец высокой требовательности и офицер видит со стороны своего начальника одно стремление — улучшить дело и воспитать офицера соответственно задачам, возлагаемым на него Родиной.

Такое убеждение офицера в правильности действий начальника гарантирует, что каждая мера дисциплинарного воздействия проникнет в его сознание, возбудит чувство воинской чести. Тогда любая оценка — положительная или отрицательная, приятна ли она или неприятна, — поскольку он считает ее правильной, обязательно напрягает его волю и энергию для борьбы с недостатками, для дальнейшего роста.

Чем авторитетнее начальник, тем большее воспитательное воздействие он оказывает на своих офицеров, тем острее оружие мер дисциплинарного воздействия, которыми он пользуется. Это тем бдлее важно учесть, что в вопросах дисциплины, непосредственно сказывающейся на поведении, на волевых действиях, не может быть совершенно нейтральных положений и решений. Дисциплинарный устав требует, чтобы начальник не оставлял без внимания достойные похвалы или порицания поступки. Каждая принятая им мера воздействия не может остаться безрезультатной: если она разумна, то укрепляет волю, а вместе с ней и дисциплину, если же неразумна, то ослабляет волю, нанося ущерб дисциплине.

 

2. Мобилизация воли поощрением

Поощрение представляет собой не только положительную оценку деятельности, но и своеобразный вид требовательности, направленной на то, чтобы данный человек и окружающие его товарищи исполняли свой долг по существу, вкладывая душу в порученное дело.

Начальник, поощряя подчиненного, как бы говорит ему, что в нем обнаружен большой запас сил, поэтому впредь с него можно требовать еще лучшего исполнения долга. Тем самым он мобилизует волю подчиненного на достижение еще более высоких целей, на решение еще более сложных задач. В самом поощрении выражается уверенность в силах офицера.

Внушение уверенности не может быть беспочвенным, а должно быть основано на наличии каких-то сил, хотя бы и невыявленных полностью. Поэтому незаслуженное поощрение приносит только вред прежде всего самому поощряемому, потому что оно создает иллюзию о силах, которых у него на самом деле нет. Такое поощрение может привести к верхоглядству и кичливости, а от кичливого человека, пока он не изживет своего зазнайства и самоуспокоенности, нечего ожидать.

«Иногда, например, можно слышать, что объявляется благодарность «за добросовестную службу», — сказано в той же статье «Воспитание молодых офицеров». — Но ведь добросовестное несение службы — долг каждого воина, и повода для благодарности тут нет. Если же воин действительно проявил усердие, отличился по службе, то так и следует сказать»1.

Так, например, если офицер принял подразделение, имевшее хорошие показатели, то было бы неверно его отмечать за то, что при нем не снизились эти показатели. Но если он улучшил подготовку подразделения, то, разумеется, его следует поощрить.

1) Газета «Красная звезда» от 7.1.51 г.

Следовательно, заслуга, которую отмечает начальник, должна носить такой характер, чтобы ее нельзя было оспаривать. Тогда поощрение будет вполне заслуженной и справедливой наградой данного офицера и в глазах его товарищей. Заслуженная награда, когда офицер сознает, что он положил много труда и видит его результаты, дает ему большое удовлетворение, укрепляет уверенность, необходимую для дальнейшей, еще более напряженной деятельности. Вместе с тем она мобилизует и волю окружающих его офицеров, которым он может быть в данном случае поставлен в пример.

Нельзя отрицать значения и таких поощрений, которыми начальник подбадривает своего подчиненного при первых же успехах в учебе, в овладении знаниями, в преодолении своих недостатков. Иногда офицер, сильно отставший в чем-либо от своих товарищей, проявляет действительно такое усердие, которое достойно похвалы, и начальник должен его поощрить, хотя он в некотором отношении еще отстает от своих товарищей.

Поощрения могут иметь различный характер и форму.

Своеобразным видом поощрения может быть постановка перед офицером и его подчиненными какой-либо особо ответственной и трудной задачи. Этим начальник как бы подчеркивает свое доверие к офицеру, наличие в нем таких сил, без которых невозможно исполнение этой задачи.

«Особенно широкого применения заслуживает такая форма поощрения, как снятие наложенного взыскания,— пишет гвардии генерал-полковник Чистяков. — Наказав провинившегося, начальник не должен забывать о нем, а постоянно наблюдать, насколько он осознал и прочувствовал свою вину, помочь ему искупить проступок примерной службой и дисциплиной».

В этом сказывается чуткость воспитателя, который не формально относится к подчиненному, а, взыскивая с него, ставит себе целью исправлять его. Снятие взыскания означает, что офицер нашел силы преодолеть свои недостатки.

Поощрение является соответственной оценкой сил и возможностей данного офицера, и начальник не может ни поощрять зря, ни воздерживаться от поощрения. О вреде напрасного поощрения уже было сказано выше. Воздерживаясь же от поощрения, которое заслужено, начальник наносит дисциплине такой же вред, поскольку он этим самым задерживает рост офицера. Дело в том, что часто тот, кто действительно заслуживает поощрения, сам не видит в себе таких сил, какие может обнаружить в нем его начальник. И если их во-время не заметить, они могут иногда заглохнуть или во всяком случае не так быстро проявиться и развернуться.

На поведение и действия, заслуживающие поощрения, нельзя смотреть как на что-то случайное, так как в значительной мере они являются результатом соответствующего воспитания. Поэтому следует сказать, что роль начальника вовсе не ограничивается тем, что он правильно использует поощрения — не перехваливает, но и не упускает из виду все, что действительно достойно похвалы. Офицер в чем-то отличился — хорошо, это надо отметить; другой офицер годами ни в чем не проявил себя — что же делать — не награждать же зря! Конечно, нечего говорить о поощрении, если офицер его не заслуживает. Но начальник, борясь за то, чтобы вывести каждого своего подчиненного в ряды лучших воинов, может создать условия и обстоятельства, которые помогут офицеру показать себя с лучшей стороны.

На самом деле, если подчиненный, как это иногда бывает, не подозревает в себе тех сил, которые в нем действительно имеются, то начальник, обнаружив их своевременно, тем самым наталкивает его на более смелые действия и закаляет его волю. Начальник может создать предпосылку для того, чтобы подчиненный отличился в чем-то, заслужил поощрение. Но начальник, заботясь о росте своего подчиненного, не может успокоиться на достигнутом. Поэтому он поощрением побуждает подчиненного добиваться еще больших успехов. Таким образом, каждое поощрение для подчиненного служит как бы ступенью, чтобы подниматься еще выше.

Возможно, что какой-то успех достигнут только в одной узкой области, например, в огневой или физической подготовке, к которой у офицера оказались наибольшие склонности и способности. Начальник может использовать поощрение не только для того, чтобы добиться успехов исключительно в этой области. Он может, поощряя офицера за успехи в этой области, воздействовать на ею чувство достоинства так, чтобы добиваться успехов и в других областях его деятельности. Например, в данном случае следует внушить ему мысль, что если он преуспел в одной отрасли военного дела, то, значит, он в силах добиться успехов и в других отраслях, и если невысока дисциплина в его подразделении или он сам отстает в тактике, то достигнутые им частичные успехи еще не исправят общего состояния дела. Эта мысль должна побуждать волю офицера подтянуть себя и своих подчиненных и в других областях боевой подготовки.

Офицер, видя, что начальник, поощряя его, делает это не формально, а подходит к нему как к соратнику, товарищу, на которого может рассчитывать в мирных условиях и в бою, поймет истинную цену поощрения, и оно послужит еще большим стимулом в его дальнейшей деятельности, в формировании волевых качеств.

 

3. Взыскание как мера мобилизации воли

Непосредственной целью всякого взыскания является пресечение проступков, нарушений дисциплины. Применение меры взыскания к офицеру указывает ему, что он в своем поведении уклонился от нормы, предусмотренной уставами или требованиями начальника. Вместе с тем оно говорит офицеру, что у него не все благополучно с волевыми качествами, касается ли это организованности, настойчивости, умения владеть собой, требовательности к себе или к своим подчиненным и т. п. Пусть это неблагополучие незначительное, нерешающее, но все же оно остается фактом, наносящим какой-то ущерб сознанию своей полноценности. Естественно, офицер, дорожа своим достоинством, постарается напрячь волю, чтобы устранить недостатки, которые поставили его в такое положение.

В Советской Армии, где дисциплина основана на сознательности, пресечение проступков достигается взысканием, как правило, не с целью вселить страх перед подобными же взысканиями в будущем, а с целью мобилизовать волю самого провинившегося на исправление личных недостатков или упущений по службе. Воспитательная цель взыскания сводится к тому, что у подчиненного пробуждается чувство ответственности и повышается требовательность к себе. Взыскание должно в подчиненном пробуждать энергию и уверенность, иначе пользы от него будет мало.

Незаслуженное и опрометчиво вынесенное взыскание подавляет волю подчиненного и унижает его достоинство. Вместе с тем оно вызывает вполне понятную обиду на начальника, нарушает необходимый контакт между ним и подчиненным. Вообще несоответствующе строгими взысканиями или непомерно большим количеством их можно довести подчиненного до самоуничижения, и тогда он перестанет верить в свои силы.

Если подчиненный заслужил взыскание,но оно не было наложено, то это демобилизует его волю, как и незаслуженное поощрение. Невзыскательное отношение дает основание подчиненному недооценивать значение тех требований дисциплины, которые он нарушил. Неизбежным следствием будут еще более крупные нарушения дисциплины.

Идеальным является положение, когда офицера не надо было бы подвергать взысканиям. В своем стремлении к этой цели начальник должен применять все возможные меры, которые в основном сводятся к предупреждению, к тому, чтобы создать условия, исключающие нарушения дисциплины. Для этого начальник должен хорошо изучить причины каждого рода проступка.

Внимательно изучая обстоятельства, при которых имели место нарушения дисциплины,можно прийти к заключению, что многие из этих нарушений, если не большинство, могли бы быть предупреждены. Дело в том, что серьезные нарушения дисциплины не являются полнейшей неожиданностью в такой мере, чтобы их совершенно нельзя было предвидеть. Они являются следствием попустительства в ряде более мелких отступлений от установленного порядка или требований. Это давало нарушителю дисциплины основание думать, что и большие отступления от требований дисциплины ничего серьезного собой не представляют, во всяком случае также останутся безнаказанными. Если бы командир своевременно замечал эти мелкие нарушения, правильно расценивая, во что каждое из них впоследствии может вырасти, то, предъявив к офицеру жесткие требования в самом начале, он предупредил бы более серьезные проступки в дальнейшем.

Отсюда вывод, что наибольшие результаты в смысле предупреждения проступков дает высокая требовательность. Но одна требовательность не решает всего вопроса о предупреждении нарушений дисциплины. Необходим еще целый ряд мероприятий, осуществление которых зависит прежде всего от того, насколько начальник внимательно изучает подчиненного и насколько он требователен к самому себе.

Необходимо прежде всего учесть, что иногда причиной того или иного проступка является не халатность, а неопытность, недостаток знаний. Это налагает на начальника обязанность оказать соответствующую помощь подчиненному, чтобы скорее ликвидировать этот недостаток знаний или опыта.

Иногда недисциплинированность является результатом неорганизованности. Например, офицер иногда не поспевает что-либо сделать к сроку не из-за нерадения, а потому, что у него плохо организован рабочий день, недостаточно или неправильно используются его ближайшие помощники, он не умеет сосредоточить свое внимание на главном, разбрасывается. Начальник обязан помочь ему изжить неорганизованность.

Следует учесть, что иногда причиной неорганизованности офицера могут быть и некоторые организационные недочеты в части, когда одно мероприятие набегает на другое, когда нет четкого планирования, плохо составлен распорядок дня, когда нет надлежащей заботы о бытовых условиях офицера и т. д. Подобные обстоятельства, несомненно, отрицательно влияют на дисциплинированность офицера. Поэтому начальник, налаживая организованную жизиь подразделения или части, заботясь о материально-бытовом благополучии офицера, тем самым создает условия и основание для строгой требовательности. Своим примером, заботой о росте офицера и об окружающих его условиях начальник как бы говорит ему: отныне все зависит исключительно от самого офицера.

Когда же возникнет необходимость применять взыскание, то следует тщательно взвесить меру наказания. Опрометчиво принятая мера взыскания, тем более окрик, ругань свидетельствуют о слабоволии, об отсутствии выдержки у самого начальника, допускающего прямое нарушение устава, который говорит: «При наложении дисциплинарного взыскания или напоминании обязанностей подчинённому начальник не должен унижать личное достоинство подчинённого и допускать грубости»1.

Такое предостережение устава весьма существенно в том отношении, что не следует противопоставлять провинность человеческому достоинству. Важно, чтобы офицер убедился, что он действительно провинился, и тогда взыскание возбуждает его энергию.

Налагая на человека взыскание, от него требуют проявления известных сил, которые у него обязательно имеются и за которые он достоин уважения. Не будь у него этих сил, с «его бы не требовали и его не подвергали бы взысканиям.

1) Дисциплинарный устав Вооружённых Сил Союза ССР, ст. 61.

Вот это обстоятельство и необходимо подчеркнуть офицеру, напоминают ли ему о его обязанностях или подвергают его взысканию. Офицера надо подвести к выводу, что он имеет все данные для проявления воли в нужном направлении. Таким образом, умелый начальник и средствами взыскания развивает волю офицера, возбуждая сознание его достоинства и воинского долга.

«...В своей практике, — говорил Макаренко, — когда стояла задача воспитывать человеческое достоинство и гордость, то я этого достигал и через наказание»1.

Всякое взыскание причиняет боль. Если взыскание незаслуженное, то причиняемая им боль действует во всех отношениях отрицательно. Когда же офицер провинился, то боль, причиняемая ему взысканием, мобилизует его волю, чтобы впредь не заслуживать взысканий, чтобы искупить свою вину. В этой боли заложена основа для исправления. Цель взыскания достигнута, если офицер сознает, что он его заслужил, и имеет достаточно сил, чтобы исправиться.

1) А. С. Макаренко. О воспитании молодежи, 1951 г., стр. 224.

 

4. Руководство дисциплинарной практикой офицера

Начальник, руководя дисциплинарной практикой офицера, постоянно напоминает ему, что твердая воинская дисциплина является важнейшим условием боеспособности. Это азбучная истина, но ее нелишне напоминать офицеру, особенно молодому, чтобы он считал своей главнейшей задачей укрепление дисциплины своего подразделения. Не решив этой задачи, офицер не будет иметь боеспособного подразделения, следовательно, не выполнит своего воинского долга. Офицер должен знать, что по тому, как он разрешает эту задачу, начальник будет судить, что он собой представляет как командир.

Бывают люди, умеющие выполнять самые жесткие требования дисциплины, но потребовать такого же отношения к дисциплине от других они не в состоянии. Такой человек обычно является хорошим исполнителем, способным иногда и на большие подвиги. Офицер должен быть требовательным не только к себе, но и к своим подчиненным.

Для того, чтобы предъявлять требования к другим, необходимо обладать волевыми качествами, целеустремленностью и настойчивостью руководителя и командира. В первую же очередь, конечно, необходимо самому быть образцом дисциплинированности, чтобы иметь больше моральных прав и оснований требовать с других.

Принято говорить о воспитании характера характером. В первую очередь это справедливо в отношении дисциплинированности, которую офицер должен воспитывать в своих подчиненных. Вместе с тем в процессе воспитания подчиненных воспитывает себя и офицер.

Офицера необходимо воспитывать так, что односторонняя требовательность не является решением вопроса о прочной дисциплине. Высокая требовательность к подчиненным обязательно должна сочетаться с чуткостью, всемерной заботой как об их росте, так и о материально-бытовых нуждах. Такая чуткость и забота офицера означает в то же время и его высокую требовательность к самому себе. Он обязан создавать условия, способствующие более быстрому и основательному изучению военного дела, чтобы ничто не мешало продуктивной учебе, не нарушало внутреннего распорядка, словом, он должен мобилизовать все факторы, воспитывающие дисциплину.

Отсюда следует, что руководство начальника дисциплинарной практикой офицера не ограничивается только вопросом о том, как и когда взыскивать с подчиненных, как их поощрять. В ходе руководства дисциплинарной практикой офицера ему должно быть показано, какие факторы как влияют на состояние дисциплины. От правильного учета и использования всех воспитывающих факторов, в том числе и своих дисциплинарных прав, от их организации зависит состояние дисциплины в подразделении.

Офицеру должно быть привито убеждение, что как достижения, так и недочеты в дисциплине подразделения могут быть отнесены за счет командира. Офицер с развитым чувством достоинства и воинской чести никогда не успокоится на достигнутом и никогда не замажет, не преуменьшит замеченных им недочетов. Для него каждый факт поощрения или взыскания, которое он применяет к своему подчиненному, служит сигналом, оценкой, мобилизующей волю в одном случае для решения еще более важных задач, в другом случае — чтобы ликвидировать недочеты.

Требовательный к себе офицер чувствует свою долю вины за упущения подчиненного, но коль скоро он их заметил, то считает долгом взыскать за них. Этим самым он как бы взыскивает и с самого себя. Так, например, командир роты, наблюдая, как командир взвода на строевых занятиях остановил взвод, услышал стук прикладов о землю.

Значит, он недостаточно контролировал этого командира взвода, когда тот проводил одиночное обучение солдат. Но несмотря на известное упущение и с своей стороны, он взыщет с командира взвода или сделает ему хотя бы серьезное напоминание, что будет правильно со всех точек зрения.

Направляя дисциплинарную практику офицера, начальник должен потребовать от него, чтобы он не шел по линии наименьшего сопротивления, а оставался во всем принципиальным. Малейшие уклонения от принципиальной линии в вопросах дисциплины ие только расслабляют волю самого офицера, но и снижают боеспособность его подразделения.

Начальник обязан помогать офицеру находить правильные решения вопросов дисциплины в подразделении. В этой сфере, надо помнить, также формируется воля офицера.

В конечном счете такие недостатки в дисциплинарной практике, особенно молодых офицеров, как подмена воспитательной работы администрированием, проявление панибратства, неправильное применение мер поощрения и взыскания, являются выражением недостатков воли офицера.

Здесь можно наметить ряд методов, при помощи которых начальник может научить офицера искусству правильного применения мер дисциплинарного воздействия, то есть добиваться выполнения подчиненными своей воли.

Во-первых, он сам должен для офицера быть образцом во всех отношениях, в том числе и в отношении применения мер дисциплинарного воздействия. Будучи образцом требовательного начальника и вдумчивого, выдержанного воспитателя, он должен объяснить офицеру, как он добивается высокой дисциплинированности у своих подчиненных.

Во-вторых, осуществлять неослабный контроль над тем, как использует офицер свои дисциплинарные права, насколько он требователен к своим подчиненным, к самому себе, насколько он правильно использует и организует все те факторы, которые способствуют воспитанию дисциплины. Об этом он прежде всего сможет судить по фактическому положению в подразделении данного офицера — по существующему в нем порядку, по тому, как относятся к службе, к боевым заданиям его подчиненные, по их внешнему виду и т. п.

Наконец, время от времени на основании того положения, которое существует в подразделении, на основании учетных данных начальник должен сделать тщательный анализ действий данного офицера и состояния дисциплины среди его подчиненных. В результате этого анализа должны последовать строго обоснованные выводы и указания, намечающие пути исправления недостатков, имеющихся в дисциплинарной практике офицера.

Заканчивая рассмотрение вопроса о мерах дисциплинарного воздействия, следует отметить, что необходимо воспитывать офицера в духе полного единства между требовательностью к подчиненным и требовательностью к себе. Только при высокой требовательности к себе офицер сможет служить образцом для своих подчиненных, и только строго взыскивая с них, он сможет выполнять свой воинский долг. Каждая мера дисциплинарного воздействия, примененная к нему лично или примененная им к своим подчиненным, является сигналом, мобилизующим его волю на борьбу за дальнейшие успехи в случае поощрения или же на преодоление своих недостатков в случае взыскания.

 



 
Интересный материал? Поделись им с другими: