О воспитании волевых качеств советского офицера - ГЛАВА VIII

E-mail Печать
Индекс материала
О воспитании волевых качеств советского офицера
ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА I
ГЛАВА II
ГЛАВА III. Меры дисциплинарного воздействия как средство формирования воли
ГЛАВА IV. Строевая и физическая подготовка – средства воспитания воли
ГЛАВА V. Огневая, специально-техническая и учебно-методическая подготовка – средства воспитания воли
ГЛАВА VI. Тактическая подготовка офицера и воспитание волевых качеств
ГЛАВА VII. Методы руководства офицером
ГЛАВА VIII. Воспитательное значение взаимоотношений
ГЛАВА IX. Предотвращение страха и его преодоление
ГЛАВА X. О самовоспитании
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Все страницы

 

ГЛАВА VIII

ВОСПИТАТЕЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

 

1. Значение взаимоотношений в армии

Во взаимоотношениях с окружающими в работе и в быту, как и в отношении к своему долгу, сказывается степень сознательности данного человека. От отношений к окружающим часто зависят результаты деятельности человека, успех дела. Бывает, что в погоне за незначительным, частным успехом человек проявляет отношения, которые не к лицу советскому гражданину. Наоборот, принципиальный человек, имея в виду общий интерес, не поддается соблазну достижения дешевых успехов и результат своей деятельности обеспечивает правильными взаимоотношениями с теми, с кем ему приходится иметь дело.

В армии вопрос о правильных взаимоотношениях, как о воспитывающем факторе, имеет очень большое значение. Офицер часто может быть предоставлен самому себе в таких условиях, когда трудно контролировать, как он выполняет свой долг.

Там же, где речь идет о наибольшем риске и жертвах, а поступок совершается без свидетелей, имеется и наибольший соблазн уклониться от исполнения долга или же выполнить его не по существу, а только по форме.

«Все же человек понимает, — говорил Макаренко, — человек сознает, как иужно поступать. Когда же приходится действовать, то он поступает иначе,в особенности в тех случаях, когда поступок совершается по секрету, без свидетелей. Это очень точная проверка сознания: поступок по секрету. Как человек ведет себя, когда его никто не видит, не слышит и никто не проверяет? ...Я понял, что легко научить человека поступать правильно в моем присутствии,

в присутствии коллектива, а вот научить его поступать правильно, когда никто не слышит, не видит и ничего не узнает, — это очень трудно»1.

1) А. С. Макаренко. О воспитании молодежи, 1951 г., стр. 120.

Разрешению этой трудной задачи в значительной мере способствует атмосфера правильных взаимоотношений. Логика здесь очень простая. Если на первых порах человек правильно поступает на виду у коллектива, когда товарищи видят его поведение, то это уже свидетельствует о том, что он уважает своих товарищей и вместе с тем и свои убеждения. При отсутствии уважения к товарищам или принципиального отношения к самому себе данному человеку было бы безразлично,какое у них сложится мнение о нем. С течением времени, по мере того как он убеждается, что способен на виду у коллектива поступать правильно, он проникается все большим сознанием собственного достоинства и все большей уверенностью в своих силах, привыкает поступать правильно. И когда ему придется действовать вдали от товарищей, то побудителем для проявления истинного, хотя бы никем не наблюдаемого мужества будет его чувство личного достоинства, при котором человеку дает большое удовлетворение сознание исполненного долга, верность своим убеждениям.

Вопрос о правильных взаимоотношениях в армии имеет особую остроту и значение еще и потому, что в бою задача решается не одним офицером, а его подчиненными, соседями и товарищами, которыми руководит его начальник. Никакая уверенность в своих силах и знаниях, в своем оружии не могут заменить для успеха дела той взаимной уверенности, которая должна быть в отношениях всех участников боя. Зная, что можно положиться на своих подчиненных, на товарищей, офицер может с большей уверенностью идти на смелые решения. В противном случае, какой бы силой воли ни обладал офицер, отсутствие солидарности с окружающими создает в нем неуверенность, робость, которые будут сковывать его волю. В условиях, где деятельность людей проходит в наиболее острой форме борьбы, всякое отклонение от правильных взаимоотношений чревато большими последствиями.

«Победа в бою не есть только результат индивидуальной храбрости офицера, индивидуальной его воли, — справедливо замечает полковник Демин. — Она зависит от морального состояния многих сотен людей и, следовательно, в известной степени от внутренних взаимоотношений, существующих между ними.

И вот, если командир груб с подчиненными, то этот «стиль» грубости обычно идет со ступеньки на ступеньку, от старшего к младшему и создает во всем подразделении то внутреннее недовольство друг другом, ту разобщенность, которые неизменно скажутся в бою»1.

1) Полковник Н. Демин. Записки офицера, Воениздат, 1945 г., стр. 44.

Правильные взаимоотношения складываются в течение какого-то периода времени совместной деятельности, взаимного ознакомления людей. Это взаимное ознакомление личного состава представляет собой процесс так называемого сколачивания части, который, как известно, играет большую роль в деле подготовки ее к боевым действиям.

Обычию говорят о сколачивании штабов, частей и подразделений, имея в виду главным образом процесс налаживания работы командования, взаимодействия и т. п. Но в действительности процесс налаживания работы штаба, взаимодействия подразделений разных специальностей, проведение хотя бы небольшого количества строевых и тактических занятий — все это по сути дела и является процессом взаимного ознакомления людей. Во всяком случае каждый скажет, что командир, который в ходе формирования и сколачивания части не успел ознакомиться хотя бы с основными кадрами, не решил главной задачи.

На первый взгляд может показаться, что стоит только расставить надежных советских людей на соответствующие места, достаточно, чтобы они хорошо знали свое дело, и часть может пойти в бой без того, чтобы пройти период сколачивания. На самом деле ведь офицер, хотя бы впервые увидевший своего начальника, обязан выполнять его приказ. Солдат, впервые увидевший товарища в бою, обязан оказывать ему всевозможную помощь. Конечно, каждый будет выполнять то, что ему положено. Однако в действительности это не совсем так, и действия офицера или солдата в несколоченной части по их результатам, по их слаженности будут отличаться от тех же действий при условии, когда часть сколочена.

Нельзя себе представить, что период сколачивания начинается и кончается в какие-то назначенные сроки. В действительности часть как в мирное время, так и на фронте не прекращает процесса сколачивания, поскольку ее личный состав в какой-то мере обновляется, не все одинаково притерто в ее механизме и т. п. Конечно, чем больше личный состав продолжает совместную службу или боевую деятельность, тем он сплоченнее, тем часть лучше сколочена. Разумеется, что взаимоотношения, на основе которых сколачивается часть, должны быть положительными, то есть должны быть проникнуты взаимным доверием и уважением, глубоким чувствам нерушимой дружбы, которой чужда семейственность и замазывание недостатков, строиться на строго принципиальных основаниях, когда беззаветное выполнение долга перед своей социалистической Родиной является незыблемым законом для всех и каждого.

 

2. Взаимоотношения начальника с подчиненными офицерами

Взаимоотношения начальника с подчиненными ему офицерами складываются на общей основе их отношений к своему долгу. Эти отношения сказываются везде и всюду — в ходе учения, в бою, в руководстве, не только на службе, но и вне службы. Чтобы взаимоотношения между начальником и подчиненными ему офицерами имели на них воспитывающее влияние, необходимо расположение подчиненных к начальнику. Когда начальник не пользуется расположением подчиненных, последние будут замкнуты, и начальнику не удастся изучить их особенности, следовательно, и правильно воздействовать на каждого из них. Располагать же к себе подчиненных начальник сможет при одном условии, если он сам будет прост и скромен. При этом скромность начальника, нисколько не умаляя его организующей роли, вполне обоснована, так как без деятельного участия подчиненных возлагаемые на него задачи оставались бы невыполненными. Если начальник так расценивает своих подчиненных, мысленно разделяя с ними свои успехи, то онч вырастают в своих собственных глазах, что повышает их требовательность к себе. Такое отношение к себе со стороны своего начальника, которое нигде ни в чем не высказано, но во всем сказывается и чувствуется, офицер пере- несет и в отношения к своим подчиненным. Начальник своим отношением к офицеру учит последнего правильным взаимоотношениям его с подчиненными.

Близость начальника к подчиненным, общительность вовсе не означают панибратства. Равнодействующая линия, определяющая правильные взаимоотношения, — это взаимное уважение. Основой таких отношений является не только классовое единство Советской Армии, но и идеология советского общества. В буржуазных армиях отношения между начальником и подчиненным определяются узаконенной моралью ничем неприкрытого карьеризма, культивирующего высокомерие одного и подхалимство другого. В Советской Армии с ее коммунистической моралью отношения офицера остаются равными как к своему начальнику, так и к своему подчиненному. Здесь не может быть отношений какой бы то ни было зависимости, поэтому ни о каком давлении, кото рое диктовало бы неискренность, бесхарактерность, отклонение от своих взглядов и убеждений, не может быть и речи.

Взаимоотношения между начальником и офицером и взаимное уважение основаны в Советской Армии на требованиях высокой принципиальности и правдивости. Не может и не должно быть такого положения, чтобы начальник выделял одного офицера независимо от его качеств, не замечая в то же время других офицеров, может быть, и более достойных. Офицер должен видеть в своем начальнике чуткого, но строгого руководителя, который не потерпит беспринципности, бесхарактерности и лживости.

Построенные на таких основах отношения взаимного уважения развивают в офицере такое сознание своего достоинства, что он стыдится каких-либо неблаговидных поступков, что он способен на подвиг, когда потребует долг, даже если об этом подвиге и не будут знать.

Офицер, у которого отсутствует принципиальность в поведении, вступает в сделку с самим собой и, вольно или невольно, обманывает других. Отсутствие принципиальности —это не только бесхарактерность, а и неустойчивость, грозящая привести человека к падению.

Офицер, говорящий неправду своему начальнику, унижает свое офицерское достоинство и достоинство своего начальника. На самом деле офицер, слову которого нельзя верить, ничего не стоит. Также мало чего стоит и начальник, если ему можно безнаказанно говорить заведомую ложь: он или не понимает существа дела, о котором идет речь, или по своей слабохарактерности не взыскивает за очковтирательство.

Разумеется, в боевой обстановке сразу скажется отношение офицера к своему долгу, что, несомненно, вызовет и соответствующий отклик в отношении начальника к нему. Однако и в мирных условиях можно в какой-то мере представить, как поведет себя офицер в бою. На самом деле, если у офицера не хватает мужества говорить правду своему начальнику, то ни о какой доблести в бою не может быть и речи. Это не значит, что такой офицер неисправим, но начальник должен учесть, что лживость несовместима с честью, с храбростью.

Уважая офицера, надо предъявлять к нему самые высокие требования в отношении принципиальности и правдивости. Можно мириться с недостатком знаний или опыта, можно еще прощать те или другие промахи. Но с непринципиальностью, приводящей к снижению требовательности, к снисходительности в отношении к самому себе, со лживостью никогда, ни в коем случае мириться нельзя, и их надо пресекать в корне в самом начале. Дорожа офицером, надо применять все меры профилактики, чтобы потом не терять к нему уважения. Это значит, что коль скоро речь идет о принципиальности и правдивости, нельзя давать спуску и в мелочах, чтобы офицер не оступился и не покатился по наклонной плоскости. Это необходимо тем более, если учесть, к каким последствиям приводит отсутствие правдивости в боевой обстановке.

В свою очередь и начальник должен быть правдивым в отношении к подчиненным. Если начальник определенно плохого мнения об офицере, но не показывает и виду сб этом,желая остаться «добрым дядей», то когда такое отношение станет известно офицеру, оно подействует наихудшим образом. Такое двусмысленное отношение неизбежно станет известным всему коллективу офицеров, и уважение к начальнику будет подорвано. Коллектив офицеров и солдат желает видеть всегда ясные и прямодушные отношения со стороны своего начальника. Такие отношения не присущи храброму человеку, а подчиненные хотят всегда видеть в своем начальнике храброго воина.

Отношения начальника к офицеру не должны изменяться в зависимости от применения тех или иных дисциплинарных мер воздействия, после каждого взыскания или поощрения. Взыскания или поощрения не даются каждый день или каждую неделю, а взаимоотношения сказываются везде и все время. И в этих отношениях офицер должен чувствовать известную оценку своей деятельности и качествам, иначе они теряли бы свое воспитательное значение.

Отношения должны точно и нелицеприятно отражать оценку данного офицера. Но ни оценка, ни отношения не должны строиться на предубеждении. Дело в том, что каждый начальник, конечно, представляет себе все качества, необходимые офицеру, и желал бы их все видеть в нем. Однако в жизни бывает так, что офицер, обладая одними достоинствами, не имеет других, весьма нужных, имеет крупные недостатки. Например, один обладает большой инициативой, но недостаточно организован, другой мало дисциплинирован, но весьма чуткий и преданный товарищ. Некоторые качества кажутся взаимно исключающими друг друга, как, например, смелость и лживость, или же неразрывно связанными между собой, как, например, знания и инициатива. В действительности же бывают случаи, когда человек, обладая знаниями, не проявляет достаточной инициативы, проявляя смелость, в то же время не всегда правду говорит. Может быть, отсутствие инициативы объясняется недостаточно развитым чувством ответственности, может быть, проявленная смелость была случайной или же офицер не понимает, что лживость так же недостойна советского воина, как уклонение от исполнения своего долга, — каждое такое явление требует тщательного исследования, чтобы его правильно объяснить, но здесь важно установить, что подобные случаи вполне возможны.

Было бы поэтому предубеждением плохо относиться к офицеру только потому, что он недостаточно организован, совершенно не замечая его достоинств, или же, восхищаясь его смелостью, закрывать глаза ка его недостатки. Только отражая всестороннюю и объективно правильную оценку достоинств и недостатков офицера, отношения начальника к нему имеют должную воспитательную силу. Сдержанность начальника в отношениях к достоинствам офицера предостерегает последнего от самоуспокоения, терпимость в отношениях, отражающих укор за недостатки, говорит офицеру,что в нем имеются силы для преодоления этих недостатков, иначе его действительно нельзя было бы терпеть.

Офицер во всех отношениях к нему со стороны начальника должен чувствовать искреннюю заботу о его росте, видеть, что никакие другие соображения, кроме искренней заботы о своих кадрах, об успехе дела, не влияют на отношение начальника к нему.

Уважать и ценить офицера — означает также заботиться о его материально-бытовых условиях, чтобы он со всякой нуждой мог пойти к своему командиру и найти у него помощь и поддержку. Испытывая такое отношение к себе со стороны своего начальника, офицер будет проявлять подобную заботливость и в отношении к своим подчиненным.

 

3. Взаимоотношения между офицером и его подчиненными

О воле офицера судят по тому, как он исполняет свой долг. Исполнение же долга офицером — это не только его личный подвиг, а результат его руководства подчиненными, которых он направляет на исполнение долга. Он сможет исполнить свой долг тогда, когда уверен, что солдаты пойдут за ним и в огонь и в воду.

Для этого одних формальных прав командира ещё недостаточно. Расположение подчиненных основано на вере в силы и знания командира, на уважении и даже любви к нему, на убеждении, что он готов на самопожертвование, когда дело этого потребует или когда дело касается жизни товарищей или подчиненных. Здесь сказываются правильные взаимоотношения, которые необходимы и возможны только в такой армии, в которой нет классовой разницы между офицером и солдатом.

Без авторитета офицер не может выполнять роль руководителя своих подчиненных. Но было бы неверно думать, что офицер может поставить себе специальной задачей создание авторитета, независимо от своей деятельности. Авторитет появится сам собой как следствие отношений офицера к делу и к подчиненным. Деятельный офицер сразу же покажет себя на деле и благодаря своему ревностному отношению к службе, своим организаторским способностям и правильному подходу к солдатам сумеет их сплотить так, чтобы они пошли за ним на выполнение поставленных задач.

В условиях Советской Армии офицер имеет полную возможность установить самые тесные и близкие отношения с солдатами. Ему при этом необходимо опираться на партийную и комсомольскую организации как на своих ближайщих помошников.

Задача начальника сводится к тому, чтобы, руководя офицером, его деятельностью, способствовать установлению правильных взаимоотношений между ним и его подчиненными.

Начальник, имея дело с молодым офицером, впервые вступившим в командование подразделением, должен с первого же дня помочь ему взять правильную линию, а именно: с одной стороны, не допускать никаких возражений своим приказам или распоряжениям, никакого уклонения от смысла их требований, с другой стороны, уважать своих подчиненных.Офицер, как настоящий единоначальник, является вместе с тем и политическим руководителем солдат. Сила убеждения советского офицера, воспитывающего солдат, кроется в истинности того, что он им говорит, в общности интересов всех советских воинов, строящих вместе со своим народом коммунизм.

Классовое единство Советской Армии, истинный демократизм в ней предполагают тесное общение между офицером и солдатами, которое не должно переходить в панибратство. В таких условиях малейшее расхождение между тем, что офицер говорит солдатам, и его личными убеждениями и поступками не может быть скрыто от них, и он тогда теряет всякое значение как воспитатель и политический руководитель. В этом расхождении сказываются пережитки капитализма.

Солдаты в Советской Армии подходят к офицеру с любым вопросом как политического, так и чисто практического характера. Офицер, разъясняя эти вопросы солдатам, чувствует в них соратников, руководя которыми, он пойдет в бой за те самые идеалы, к которым относятся эти вопросы. Вне круга этих вопросов не приходится говорить о взаимоотношениях между офицером и солдатами, поскольку в Советской Армии совершенно немыслим аполитичный командир.

Взаимоотношения офицера с солдатами складываются в его повседневной служебной деятельности, в ходе разрешения как вопросов политического воспитания и руководства, так и задач боевой подготовки.Молодого офицера, который впервые сталкивается с массой, необходимо предостеречь, чтобы он в своей служебной деятельности, в своих взаимоотношениях с подчиненными не гнался за дешевой популярностью. Такую популярность можно заслужить у одного — двух наиболее нерадивых, наименее развитых солдат, но не у всех солдат. Солдатская масса быстро подмечает все неестественное и вполне правильно судит о поступках своего командира. Этот коллективный судья настолько справедлив, что и в большом и в малом прекрасна разбирается, в какой мере та или другая ошибка допустима или нет. Если, например, офицер неправильно подал команду, то командой «Отставить»он исправляет свою ошибку. Но если он командует вяло, путает команды, то это раздражает солдат, и они поймут, что офицер просто ие подготовился к занятиям, что он проявил небрежность, недопустимую для командира. Если он в бою допустил какую-то ошибку, то солдаты еще простят, но если он проявил беспечность, а тем более малодушие, солдаты никогда не простят ему.

Требовательность к себе и к солдатам, ревностное отношение к своему долгу должны сказываться постоянно, в повседневном, будничном труде офицера, который по-настоящему закалит его волю. Его усилиям будет сопротивляться какая-то наименее сознательная часть солдат. Он должен преодолевать эти сопротивления во что бы то ни стало, касается ли это больших или малых вопросов.

Требовательность офицера должна сказываться абсолютно во всем, ибо и в быту и в службе солдата нет ничего такого, что не предопределяло бы боевую ценность подразделения. С этой точки зрения имеет значение укладка обмундирования при отходе ко сну, заправка койки, подход к начальнику и т. п. Все это характеризует собранность воли солдата, а если он разболтан, неорганизован, невнимателен к тому, что говорит ему командир, то от него не может быть пользы в бою.

Чтобы закалить себя и солдат, офицер должен проводить учения в наиболее трудных условиях, памятуя, что, когда тяжело в учении, то легко в бою. Имея в виду перспективу — победу в бою, достигнутую при наименьших жертвах, — офицер должен преодолевать как самые трудности, так и известную пассивность наименее сознательной части солдат. Вместе с тем следует иметь в виду,что трудности — не самоцель. Они необходимы для того, чтобы солдата закалить, но и от офицера требуется немало усилий для того, чтобы облегчить преодоление этих трудностей. Выбрать для похода наиболее трудный маршрут сможет любой офицер или даже сержант. А вот облегчить преодоление трудностей в тяжелом походе и проделать его в наименьшие сроки, с сохранением боеспособности солдат, — это под силу только опытному и добросовестному офицеру.

Примером правильного понимания значения трудностей в деле воспитания солдат и во взаимоотношениях с ними могут служить действия офицера Мочалова. Когда ранней весной, в распутицу, под проливным дождем его рота направлялась в район сосредоточения, он распорядился сделать над кузовом одного автомобиля покрытие из плащ- палаток, под которым на протяжении всего марша солдаты поочередно грелись и сушили обмундирование. В районе сосредоточения командир роты, выслав вперед сторожевую заставу, приказал всем остальным вырыть себе лисьи норы, устроив в них земляные печки — ниши с выведенными наружу дымоходами, — чтобы укрыться от сильного дождя и холода. Понятно, что солдаты, хорошо отдохнув до начала «боя», успешно преодолевали все трудности, действовали сноровисто и умело, с полным напряжением сил.

Командир соседней же роты был того убеждения, что именно непогода служит делу воспитания солдат, а потому пусть они мокнут — это якобы полезно и для них и для дела. Он смешал разные понятия: заботу о солдатах и послабления, преодоление трудностей ради достижения цели и бегство от них, удаляющее от цели. Поэтому, когда эта рота вступила в «бой», то оказалось, что она после двух суток пребывания под дождем не в состоянии была действовать так, как рота офицера Мочалова.

Офицер Мочалов усвоил себе правильную мысль, что в настоящей заботе о подчиненных и в стремлении достигнуть наибольшего успеха в бою имеется единство, а не противоречие. Разумеется, отсюда возникают и соответствующие взаимоотношения. Солдаты роты Мочалова понимали, что там, где имеется возможность, их командир постарается облегчить положение, когда же нет такой возможности, они безропотно, с честью вынесут всякое испытание. Ничто не может так усилить волю офицера к победе, как его уверенность в солдатах, готовых к преодолению любых трудностей, чтобы выполнить его приказ.

Справедливость сам-их жестких требований офицер должен сделать очевидной для каждого солдата. Для нерадивого солдата справедливость требований офицера должна стать понятной и путем более жесткого метода. Так, например, если солдат перед походом плохо скатал скатку, пусть он хоть немного пройдет в такой скатке и убедится в значении этой «мелочи».

В боевой подготовке или непосредственно в бою требовательный офицер следит за тем, как солдаты окапываются, маскируются, применяются к местности, как помогают друг другу огнем, отползают ли в сторону после перебежки. Он следит за действиями своих подразделений, за действиями противника, соседей, он должен заботиться о связи, взаимодействии и т. п. Несмотря на такое обилие больших и важных задач, офицер сам и при помощи сержантов должен следить за каждым солдатом, требуя неуклонного исполнения того, что предписано уставами и накопленным боевым опытом. И когда солдаты убедятся, что исполнение его требований обеспечивает успех с наименьшей кровью, они отнесутся к нему с уважением и любовью, как к преданному и заботливому командиру, а в его строгости увидят сильную и разумную волю.

Обо всем этом старший командир обязан предупредить молодого офицера, чтобы помочь освоиться со своей ролью воспитателя и руководителя солдат.

Воспитание молодого офицера как полновластного командира-единоначальника в значительной степени зависит от установления правильных взаимоотношений с подчиненными, с солдатской массой. В установлении этих отношений формируется и закаляется воля офицера. И тут очень важно, чтобы старший начальник во-время сумел выправить все недостатки, которые обнаруживаются у молодого офицера.

 

4. Взаимоотношения офицеров между собой

Воздействие товарищеской среды на офицера имеет огромное воспитательное значение.

Офицер, прибыв в часть, сразу почувствует и влияние товарищеской офицерской среды. Он обретает среди офицеров друзей, товарищей по службе. Товарищеская офицерская среда цементируется коммунистами и комсомольцами, вносящими в жизнь части партийное отношение к любому делу и вопросу, в том числе и к вопросу о спайке и дружбе между офицерами.

Офицерский коллектив сплачивается на здоровой политико-моральной основе, в дружном совместном труде, в стремлении к успехам и даже в совместном отдыхе. Эта спайка основывается на лучших традициях части, на стремлении везде и всюду отстаивать ее честь, приумножить ее славу. На фронте эта слава определяется боевыми успехами, в мирных условиях — результатами боевой и политической подготовки. И каждый офицер чувствует на себе взгляды всего товарищеского коллектива, отношения которого отражают оценку того, в какой мере он содействует успехам своей части. Это иногда может подхлестывать офицера даже в большей мере, чем поощрение или порицание начальника.

Командир части или подразделения должен следить за тем, чтобы товарищеская спайка офицеров не перерождалась в семейственность, в стремление к круговой поруке. Надо помнить, что даже наилучшие, задушевные отношения друзей не имеют настоящей человеческой ценности, если они не основаны на самых жестких требованиях долга и высокой принципиальности. Раз эти отношения основаны на требованиях долга и принципиальности, то они, естественно, предполагают и взаимное уважение, повышающее в каждом чувство личного достоинства.

Принципиальность отношений дает офицеру чувствовать, что он на виду у большой семьи офицеров, которая дорожит каждым своим членом, воздавая ему должное. Ни приятельские отношения, ни заслуги в прошлом, ни имеющиеся достоинства в настоящем не смогут покрывать тех или иных недостатков его поведения. Идейно сплоченный, морально здоровый коллектив, воздавая должное за достоинства, всегда взыскивает за недостатки. И разумеется, отношения товарищеского коллектива к данному офицеру, вытекающие из оценки его положительных и отрицательных качеств, оказывают воспитывающее влияние на него.

Жизнь и деятельность офицера на глазах его товарищей представляет собой хорошую школу. Эта школа оказывает свое влияние на офицера, если он обладает развитым чувством собственного достоинства, с одной стороны, и если он дорожит уважением своих товарищей, с другой стороны.

«— Грош цена тому, кто не сможет сломить дурной привычки,—сказал Корчагин, когда в кругу товарищей зашел разговор о том, что он курит и ругается... — Слову легче сорваться, чем закурить папиросу, вот почему не скажу сейчас, что и с тем покончил. Но я все-таки и ругань угроблю»1.

Именно потому, что Корчагин дорожил как своим достоинством, так и уважением своих товарищей, он не мог допустить, чтобы из-за слабостей к курению и ругани его перестали ценить.

Влияние товарищеского коллектива сказывается в самых различных сторонах жизни офицера.

Прежде всего это относится к опыту и знаниям офицера, которые он черпает не только из книг и своей личной практики, получает от своего начальника или руководителя, но и при общении со своими товарищами.

Отсутствие в армии социалистического соревнования вовсе не означает, что в товарищеской среде вообще отсутствует стимул соревнования. В армии проводятся разного рода состязания, инспекторские смотры, проверки и т. п. Таким образом, успехи части или подразделения, а следовательно, и результаты деятельности каждого офицера в той или иной области — в политической подготовке, в стрелковом деле, в физической культуре и пр. — становятся известными широкой массе офицеров. Было бы очень плохо, если бы офицер равнодушно относился к тому, что его товарищ успевает в той или иной области, а он отстает. Здесь действует принцип: равнение на передовых, идти вперед ко все более высоким достижениям, подтягивать отстающих в одну линию с передовыми.

1) Н. Островский. Как закалялась сталь, «Молодая гвардия». 1946 г., стр. 300.

Товарищеская среда, естественно, оценивает каждого офицера по заслугам, подвергает его дружеской критике, которая мажет быть очень доходчивой и действенной.

Некоторые черты характера и поведения офицера скорее всего могут быть замечены не в условиях службы, а в товарищеской среде. Так, например, как ведет себя офицер вне службы, какие у него взаимоотношения с товарищами, как он относится к начальнику: угодливое, заискивающее отношение или неуважение к начальнику, грубость и заносчивость в отношениях к товарищам и солдатам, панибратство с подчиненным и т. п. — это скорее всего могут подметить окружающие его товарищи. Они же в состоянии и своевременно оценить ту или иную черту в офицере, чтобы исправить его.

Наконец, надо иметь в виду, что жизнь и деятельность офицера нельзя разложить по полочкам, чтобы можно было сказать, что здесь кончается его служебный долг, а вот здесь начинается его личная жизнь. Хотя нельзя смешивать эти стороны, но все же надо иметь в виду, что служебный долг и личная жизнь и отношения, переплетаясь между собой, взаимно проникают друг в друга. Так, например, правильные или неправильные отношения к товарищу не могут не сказываться и на службе и в боевой обстановке.Образ жизни офицера также сказывается на его служебной деятельности и на его отношении к своему долгу. Взять такой вопрос, как отношение офицера к своей семье. Нелогично, невозможно допустить, что офицер, нарушающий свой долг в отношении к семье, не нарушит его также в отношении к боевому коллективу, к товарищам. В Советской Армии принято выручать товарища, попавшего в беду. Взаимная выручка в бою — закон советских воинов. Надо полагать, что такого отношения к попавшему в беду товарищу нельзя ожидать от офицера, способного оставить своих детей и их мать на произвол судьбы. Следует учесть, что любовь к семье, жизнь которой он защищает, отстаивая честь своей Родины, является большим стимулом для успешной борьбы на фронте. Непосредственно влиять на офицера в подобных вопросах должна прежде всего офицерская общественность, мнение которой в свою очередь формируется партийной организацией.

Здоровая товарищеская среда является сильным фактором, воспитывающим в поведении человека единство убеждения и действия, слова и дела.

Бывают случаи, когда офицер вообще не думает о том, чтобы сдержать данное им слово, если оно не имеет прямого отношения к службе, так как это-де не приказ командира, это — его личное дело. На таких людей трудно положиться. Если он не выполнил слова, которое дал, то нет гарантий, что он всегда выполнит приказ, особенно тогда, когда почувствует, что нет за ним контроля.

Легкомысленное отношение к своему слову вызывает опасение, не будет ли данный офицер бросать слова на ветер и в боевой обстановке.

Макаренко, высмеивая тех, кто «прощает» себе недостатки потому-де,что вообще не бывает людей без недостатков, указывал, в частности, и на вопрос о правдивости.

«А разве это человек, — говорил он, — если он хороший работник, если он замечательный инженер, но любит солгать, не всегда правду сказать. Что это такое: замечательный инженер, но Хлестаков»1.

1) А. С. Макаренко. О воспитании молодежи, 1951 г., стр. 121.

Товарищеское изобличение такого поведения является сильным средством формирования цельности характера офицера, его принципиальности и воли.

 



 
Интересный материал? Поделись им с другими:

На Форуме