Все ли то золото, что блестит?

Тактик
Печать

Или к чему приводит голое копирование чужих достижений

За период с 1055 по 1462 год Русь претерпела 245 нашествий и военных столкновений. Из 537 лет прошедших со времен Куликовской битвы до окончания Первой  мировой войны страны, которые до недавних пор составляли с единое государство, провели в боях 334 года. За последние два века пришлось пережить: нашествие Наполеона, Крымскую войну, войны на Кавказе и в Персии, Первую мировую,  Гражданскую,   Финскую  и Великую Отечественную войны, Афганистан. 

Изменения, происходящие в вооруженных силах ведущих зарубежных государств, вызванные прорывом в военных технологиях конца ХХ века, диктуют новые формы вооруженной борьбы. Впервые новые технологии вооруженной борьбы были продемонстрированы в войне в Персидском заливе в 1990 году, при бомбардировках Югославии в 1999 году, в контртеррористической операции НАТО в Афганистане и агрессии США против Ирака в 2003 году.  

Принятая Вооруженными силами США новая концепция вооруженной борьбы «Ведение боевых действий в едином информационно-управляющем пространстве» (NCWNetwork-Centric Warfare),  определяет тактику и стратегию их действий частей в условиях широкого применения высокоточного оружия. Эти действия характеризуются одновременным воздействием на всю глубину оперативного построения противника и его тыловые районы, отсутствием четко выраженной линии соприкосновения войск, высоким темпом ведения боевых действий и возрастанием значения фактора внезапности и введения противника в заблуждение, повышением значения ночных действий и «загоризонтного» поражения противника. Качественный уровень развития вооружения способствовал и значительному повышению роли в боевых действиях тактического звена. В этих условиях батальоны (батальонные тактические группы - БТГр) выступают как самостоятельных тактические единицы, способные оперативно решать целый спектр возникающих на поле боя задач.

По взглядам западных военных специалистов, наиболее полная реализация основных принципов новой концепции боевых действий на тактическом уровне достигается путем применения общевойсковых подразделений, сведенных в батальонные тактические группы (БТГр). Считается, что использование БТГр позволяет с наибольшей эффективностью использовать высокие боевые возможности современных систем оружия (танки, БМП, самоходные минометные и артиллерийские системы, противотанковые ракетные комплексы (ПТРК) и тяжелое пехотное вооружение (оружие поддержки пехоты)). Все это, в условиях насыщенности сухопутных войск современных иностранных армий армейской авиацией и их непосредственной авиационной поддержки тактической и стратегической (в некоторых случаях) авиацией, позволяет БТГр успешно решать любую боевую задачу в наступлении, обороне, при действии в передовом или рейдовом отряде, на марше и в других видах боевых действий.

Почему выделены именно батальонные тактические группы? Все дело в том, что современный батальон организационно является самостоятельной боевой единицей. Начиная с батальона в его состав организационно входят свой штаб, основные - общевойсковые подразделения (роты), артиллерийское и противотанковое подразделение, подразделения боевого, технического и тылового обеспечения. Вопрос организационно-штатной структуры батальона и формируемой на его базе БТГр (ранее в отечественной военной науке существовало аналогичное БТГр – понятие «усиленный батальон») решается в соответствии с задачами, которая определяет боевые возможности БТГр в конкретных условиях боевой обстановки.

Заметьте, на первом месте стоит задача, которую призвана решать БТГр, а уж затем, исходя из нее, определяется состав БТГр. В условиях, когда не определены задачи вооруженных сил на современном этапе исторического развития страны и, что самое главное, перспективы развития, любое механическое изменение их организационно-штатной структуры тупиковый путь развития.

Задачи вооруженных сил определяются четкой военной доктриной государства, определяющей основные внешние и внутренние угрозы хотя бы на ближайшие два десятилетия, и в соответствии с которыми осуществляется строительство вооруженных сил государства. Для строительства качественно новой армии необходим соответствующий ее боевым возможностям оборонный заказ. Этот заказ на новые и перспективные образцы техники и вооружения должен быть четко обозначен заявками на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР), опять же исходя из того, какими видятся вооруженные силы в перспективе. Ни для кого не секрет, что на разработку новых средств вооруженной борьбы требуется несколько лет, а на разработку перспективных систем вооружения – и того более. 

Вооруженные силы США в войнах в Персидском заливе потому и перешли на широкое применение батальонных тактических групп, так как их техническая оснащенность позволяла эффективно использовать БТГр в свете современной концепции вооруженной борьбы, разработанной Пентагоном. При этом, в структуре Сухопутный войск США традиционные дивизии остаются основным оперативно-тактическим соединением, а переход на бригадную основу планируется лишь для «ударных» бригад «Striker», но у них и задачи специфические, вполне вписывающие в стратегию глобального присутствия США в любой точке мира, объявленной «зоной жизненных интересов» Америки.

Дивизии Сухопутных войск США в нынешней штатной структуре (с незначительными изменениями) существуют уже около четверти века. Организационно механизированная (бронетанковая) дивизия состоят из командования и штаба дивизии, трех штабов бригад, девяти батальонов (в зависимости от их соотношения - пехотных, мотопехотных или танковых, зависит наименование дивизии - пехотная, механизированная или бронетанковая), артиллерии дивизии (3 гаубичных артдивизиона и батарея реактивных систем залпового огня), зенитно-ракетного дивизиона, бригады армейской авиации, инженерной бригады и различных подразделений боевого, технического и тылового обеспечения. Таким образом, БТГр СВ США формируется на основе пехотного, мотопехотного или танкового батальона с приданными ему дивизионными средствами усиления. При этом общее руководство действиями БТГр осуществляет штаб бригады, не имеющей постоянной штатной структуры или дивизии. Таким образом, осуществляется гибкость применения батальонных тактических групп в составе временных бригадных формирований (включающих 2-4 БТГр) или временная БТГр выполняет отдельную боевую задачу в интересах дивизии (рейдовый отряд, тактический воздушный десант, авангард на марше и др.).

Оснащенность дивизий СВ США высокоточным оружием и их насыщенность армейской авиацией (в составе бригады армейской авиации от 67 вертолетов в механизированной (бронетанковой) дивизии до 284 вертолетов в 101-й воздушно-штурмовой дивизии) различного предназначения) значительно повышает боевые возможности формируемых на ее базе бригадных и батальонных тактических групп, позволяет командованию дивизии создавать сбалансированные тактические группировки способные самостоятельно решать различные боевые задачи. При необходимости существующие бригадные и батальонные тактические группы могут быть поддержаны огневыми средствами дивизии, усилены различными подразделениями или, наоборот, раздроблены на более мелкие тактические единицы (БрТГр - на батальонные, БТГр - на ротные).

При условии перехода на бригадную основу строительства сухопутных войск и исключение из их организационно-штатной структуры дивизий, формируемые на основе бригад БТГр, лишаются не только гибкости в боевом применении, но и будут лишены той поддержки, которая может быть оказана им средствами командира дивизии. У командира корпуса или командующего армией таких бригад будет значительно больше, чем ныне дивизий (увеличивается количество объектов управления), что усложнит и без того сложный механизм управления ими в бою и операции.

При переходе на бригадную основу, с одной стороны упрощается процесс управления в бою батальонами и БТГр отдельной бригады (в чем видится определенная выгода), но с другой - усложняется процесс привлечения огневых средств старшего командира и установления с ними четкого взаимодействия. В условиях отсутствия в критический момент у командира бригады достаточного количества собственных средств огневого поражения (всестороннего обеспечения боевых действий) и соответствующих полномочий для их истребования у старшего начальника – бригада окажется более уязвимым тактическим (оперативно-тактическим) звеном, чем дивизия.

Что говорить об условиях широкого применения противником авиации, высокоточного управляемого оружия и кассетных боеприпасов, если эта проблема обозначилась в обеих чеченских компаниях и в операции по принуждению Грузии к миру, где основными тактическими единицами Сухопутных и Воздушно-десантных войск ВС России являлись, по сути, батальонные и полковые тактические группы, громко именуемые в первую чеченскую кампанию дивизиями и корпусами.

Возможно, где-то следует обратиться и к более раннему опыту. К примеру, если в ходе боевых действий в Афганистане армейская авиация взаимодействовала с пехотными подразделениями на уровне командира роты-батальона, а в подразделениях армейского спецназа и на уровне командира группы, то на Кавказе ее применение требовало невероятного количества инстанций. В итоге, в Афганистане по запросу командира роты или батальона вертолеты могли появиться над полем боя по истечению нескольких десятков минут. В Чечне на это уходило уже несколько часов, а в Южной Осетии о ней вообще забыли в первые сутки эскалации обстановки. Виной тому передача армейской авиации из Сухопутных в состав ВВС и ПВО (пресловутая ведомственная разобщенность), громоздкость органов управления всех уровней, отсутствие навыков командиров пехотных подразделений в наведении армейской авиации на цели и неумении их прикрыть вертолеты с земли. Все же следует признать, что при наличии у общевойскового начальника своей армейской авиации наладить с ней взаимодействие и обучить своих подчиненных работы с ней это его прямая обязанность, выполнение которой не представляется сложным.

Это же касается ракетных войск и артиллерии. В современных условиях значительная роль в огневом поражении противника по-прежнему возлагается на артиллерию. Путь на усиление суммарной огневой мощи артиллерии отдельной бригады, для самостоятельного успешного решения  возложенных на нее задач, влечет не только увеличение ее калибра до 152-мм, но и предполагает наличие в одном соединении множества разнотипных менее мощных систем. Все это ведет к увеличению количества разнотипных образцов вооружения, и не только артиллерийского, но и противотанкового, зенитного, инженерного и др. Такой путь наращивания огневой мощи усложняет процесс эксплуатации вооружения, его ремонта, обеспечения разнотипными боеприпасами и запчастями, подготовку высококлассных специалистов, особенно по редким и сложным воинским профессиям. Это, в свою очередь, способствует раздуванию штатов отдельных бригады за счет мелких подразделений обеспечения, что снижает в ней процентный состав боевых подразделений. Такая отдельная бригада по своему составу значительно превышает традиционный полк, с его стройной структурой, но значительно «не дотягивает» до дивизии с ее боевыми возможностями не только по разгрому наземного противника, но и противодействию его авиации, снижению эффективности боевого применения противником высокоточного оружия и восстановлению боеспособности войск.

Любое государство, осуществляя строительство своих вооруженных сил, ориентируется на вооруженные силы своего потенциального противника. Даже если исходить из того, что у страны нет конкретных внешних врагов, то можно ориентироваться на противостояние вооруженным силам условно взятого развитого государства. Так вот, дивизии сухопутных войск в их составе присутствуют, если не брать за пример маленькие государства, сухопутные войска которых насчитывают менее сотни тысяч человек. Военная наука берет за основу при планировании боевых действий соотношение противоборствующих сторон в условных организационных единицах. К примеру, при ведении наступления для гарантированного разгрома одной обороняющейся дивизии требуется 3-4 наступающих дивизии противоборствующей стороны. Иногда подсчет ведется в батальонах, а на тактическом уровне и в соотношении определенных типов вооружения (танков, БМП и БТР, артиллерийских систем определенного калибра и т.д.). В нашем случае, при переходе к бригадной организации сухопутных войск, соотношение сторон будет измеряться только батальонами, что особой путаницы не вызовет, но при пересчете батальонов в бригады их количество будет пугать воображение. К примеру, при соотношении противоборствующих сторон в наступлении для разгрома обороняющейся механизированной дивизии (5 мотопехотных батальонов и 4 танковых) потребуется 7-9 мотострелковых и танковых бригад. А теперь вопрос – кто будет руководить этими бригадами, в плане согласования их усилий и организации взаимодействия? Командир корпуса, армии или модного ныне оперативного командования? Если так, то зачем упразднять дивизии, не проще ли упорядочить их организационно-штатную структуру в соответствии с их задачами и вооружением, боевыми возможностями поддерживающих сил и средств, а параллельно заняться детальной проработкой перспективной организационно-штатной структуры сухопутных войск, исходя из их задач и боевых возможностей перспективного вооружения.

 

Заключение

Ссылка на зарубежный опыт и его копирование в голом виде, без учета геостратегического положения государства, исторически сложившейся структуры его вооруженных сил, наработанного поколениями боевого опыта их применения, имеющегося на их вооружении техники и оружия, приведет лишь к поломке существующей, пусть и с определенными недостатками структуры. Восстановить эту структуру после подобного «реформирования» уже не удастся, а для создания чего-то принципиально нового может просто не оказаться в запасе времени.

 

 

Приложение

 

Бригада «Striker»

В ходе войны в Ираке в 2003 г. командование американской армии впервые применило бригады «Striker» (ударные). Разработка нормативно-правовых документов, формирование организационно-штатной структуры, комплектование личным составом, оснащение вооружением и военной техникой, выработка способов применения и проведение исследовательских учений бригады осуществлялись с 1999 года. При создании бригад «Striker» Пентагон поставил перед собой цель создать в первом десятилетии XXI века в составе Сухопутных войск качественно новые соединения, способные быстро развертываться и эффективно решать различные по цели и характеру задачи в любом районе земного шара, как в боевой обстановке, так и в мирное время.

Эти бригады стали сухопутным эквивалентом морской пехоты, воздушно-десантных и воздушно-штурмовых частей ВС США. Бригада имеет унифицированное вооружение. Основу ее огневой и маневренной мощи составляет семейство легко бронированных боевых машин LAV (Light Armored Vehicle): БМП с 25-мм автоматической пушкой LAV-25, самоходный ПТРК LAV-АТ, самоходный 81-мм (107-мм) миномет LAV-М, самоходный зенитный ракетно-артиллерийский комплекс LAV-AD, комплекс радиоэлектронной борьбы LAV-MEWSS, командно-штабная машина LAV-С, машина тылового обеспечения LAV-L, ремонтно-эвакуационная машина LAV-R и другие. При этом немаловажно, что огневая поддержка экспедиционной «ударной» бригады в любой точке мира основывается на применении авиационного и ракетного высокоточного и кассетного оружия, управляемых артиллерийских и противотанковых боеприпасов, зенитно-ракетного и другого современного вооружения.

Организационно механизированная бригада «Страйкер» состоит из штаба и штабной роты, трех мотопехотных и одного разведывательного батальона, артиллерийского дивизиона, батальона тылового обеспечения и четырех рот: противотанковой, разведки, инженерной и связи.